Доказательства КоАП

Статья 47.28. Отмена постановления о привлечении к административной ответственности или иного решения с прекращением производства по делу об административном правонарушении

При рассмотрении жалобы на постановление (решение) по делу об административном правонарушении, не вступившем в законную силу, суд, арбитражный суд отменяет постановление о привлечении к административной ответственности и иное решение и прекращает производство по делу об административном правонарушении при наличии оснований, предусмотренных статьей 40.20 настоящего Кодекса.

Статья 47.29. Изменение постановления и иного решения по делу об административном правонарушении, не вступивших в законную силу

1. При изменении постановления по делу об административном правонарушении и иного решения, не вступивших в законную силу, суд, арбитражный суд вправе:

1) смягчить лицу, привлеченному к административной ответственности, наказание или применить в отношении его норму о менее тяжком административном правонарушении, если новая статья (часть) статьи имеет единый родовой объект посягательства и при этом не изменяется подсудность рассмотрения дела об административном правонарушении;

2) усилить лицу, привлеченному к административной ответственности, наказание или применить в отношении его норму о более тяжком административном правонарушении, при условии, что новая статья (часть статьи) имеет единый родовой объект посягательства и при этом не изменяется подсудность рассмотрения дела об административном правонарушении;

3) возложить на лицо меру административного принуждения, предусмотренную настоящим Кодексом;

4) разрешить вопросы о вещественных доказательствах, процессуальных издержках и иные вопросы.

2. Постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении может быть изменено в части, касающейся основания прекращения производства, по жалобе лица, в отношении которого оно было вынесено, его законного представителя и (или) представителя.

3. Если на стадии рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении будет установлено, что протокол об административном правонарушении и постановление по делу содержат неправильную квалификацию совершенного правонарушения, суд вправе вынести на основании пункта 5 статьи 47.26 с учетом требований статьи 47.27 настоящего Кодекса, решение об изменении постановления о привлечении к административной ответственности и назначить административное наказание в соответствии с другой статьей (частью статьи) настоящего Кодекса, при условии, что такая статья (часть статьи) предусматривает состав правонарушения, имеющий единый родовой объект посягательства, а также не изменится подсудность рассмотрения дела об административном правонарушении.

Статья 47.30. Отмена постановления о привлечении к административной ответственности и иных решений с передачей дела об административном правонарушении на новое рассмотрение

1. Постановление о привлечении к административной ответственности и (или) иные решения подлежат отмене с передачей дела об административном правонарушении на новое рассмотрение, если в ходе рассмотрения дела были допущены существенные нарушения норм материального права и (или) процессуальных требований, предусмотренных настоящим Кодексом, если это не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, а также в связи с необходимостью применения закона об административном правонарушении, влекущем назначение более строгого административного наказания, если должностным лицом (представителем) органа, возбудившим дело об административном правонарушении, либо потерпевшим по делу подана жалоба на мягкость примененного административного наказания.

2. В случаях, предусмотренных частью 1 настоящей статьи, дело об административном правонарушении передается на новое судебное рассмотрение в суд, арбитражный суд, но иным составом суда либо иным судьей соответствующего суда в случае единоличного рассмотрения дела.

3. В случае отмены постановления мирового судьи и направления дела на новое рассмотрение – дело об административном правонарушении передается на рассмотрение мировому судье другого судебного участка.

4. В случае отмены постановления органа и направления дела на новое рассмотрение дело об административном правонарушении передается на новое рассмотрение в орган, рассмотревший дело.

5. В случае отмены постановления должностного лица и направления дела на новое рассмотрение дело об административном правонарушении передается в орган, должностное лицо которого вынесло постановление, для рассмотрения иным уполномоченным должностным лицом.

6. К существенным нарушениям процессуальных требований, предусмотренных настоящим Кодексом, являющимися основанием для прекращения производства по делу либо вынесения решения на основании пункта 10 статьи 47.26 настоящей статьи, относятся:

1) рассмотрение дела судом, органом, должностным лицом при наличии оснований для его отвода или самоотвода;

2) рассмотрение дела об административном правонарушении в отсутствие лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, потерпевшего, не извещенных надлежащим образом о дате и месте рассмотрения дела;

3) нарушение правила о языке, на котором ведется производство по делу об административном правонарушении;

4) назначение наказания лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в отсутствие этого лица, если его участие является обязательным в соответствии с настоящим Кодексом;

5) нарушение права лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, пользоваться юридической помощью;

6) необоснованный отказ в удовлетворении ходатайств об истребовании дополнительных доказательств, вызове свидетелей, заявленных при рассмотрении дела в первой инстанции;

7) необоснованный отказ в удовлетворении ходатайства лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, о передаче дела об административном правонарушении на рассмотрение по месту его жительства;

8) несоблюдение требований настоящего Кодекса об обязательном разрешении ходатайств, заявленных участниками производства по делу об административном правонарушении при рассмотрении дела по существу;

9) обоснование постановления (решения) по делу об административном правонарушении доказательствами, признанными судом недопустимыми;

10) отсутствие подписи судьи, должностного лица на соответствующем судебном постановлении (решении);

11) иные нарушения процессуальных требований, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело об административном правонарушении.

7. Суд, арбитражный суд при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, которым производство по делу об административном правонарушении было прекращено, не вправе отменить такое постановление и направить дело на новое рассмотрение по основаниям, предусмотренным пунктом 10 статьи 47.26 настоящего Кодекса, если на момент рассмотрения жалобы на такое постановление истекли сроки давности привлечения к административной ответственности.

8. Суд, арбитражный суд при рассмотрении жалобы на решение по делу об административном правонарушении, которым постановление о привлечении к административной ответственности было отменено, не вправе отменить такое решение и направить дело на новое рассмотрение по основаниям, предусмотренным пунктом 6 статьи 47.26 настоящего Кодекса, если на момент рассмотрения жалобы на такое решение истекли сроки давности привлечения к административной ответственности.

Статья 26.2. Доказательства

СТ 26.2 КоАП РФ

1. Доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

2. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

3. Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе результатов проверки, проведенной в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением закона.

4. В качестве доказательств допускаются объяснения участников производства по делу об административном правонарушении, полученные путем использования систем видео-конференц-связи.

Комментарий к Ст. 26.2 Кодекса об Административных Правонарушениях РФ

1. В производстве по делу об административном правонарушении необходимо доказать, что имел место факт совершения этого проступка, что лицо виновно в его совершении, а также учесть ряд иных обстоятельств, которые могут повлиять на исход дела (наличие смягчающих и отягчающих обстоятельств, сведения о характере и размере причиненного вреда и др.). Особое значение при этом имеет выяснение обстоятельств, связанных с установлением виновности.

Доказывание — это процесс установления объективной истины по делу, содержанием которого являются собирание, исследование, оценка и использование доказательств.

Доказывание осуществляют судья, орган, должностное лицо, в производстве которых оно находится. С одной стороны, доказывание служит установлению имевших место фактов, обстоятельств, их сущности, оценке значимости для определения истины по делу, с другой — фиксации (в предусмотренных законом порядке и формах) полученных результатов для придания им статуса доказательства.

2. Доказательства всегда представляют собой единство фактического содержания и процессуальной формы, в которой выражены сведения о фактах. Это определяет такие качества доказательств, как их относимость и допустимость. Относимость доказательств — это способность доказательств обосновывать, доказывать, опровергать какие-либо обстоятельства, подлежащие доказыванию по данному делу, т.е. относиться к предмету доказывания. Допустимость доказательств означает, что, во-первых, известно происхождение полученных сведений и оно может быть проверено, а лицо, от которого исходят сведения, могло их воспринять; во-вторых, соблюдены общие правила доказывания и правила собирания и фиксации сведений определенного вида; в-третьих, соблюден порядок осуществления производства по делу, не превышены полномочия судьи, органа, должностного лица, в производстве которых оно находится, не нарушены права других участников административно-юрисдикционного процесса.

Не могут рассматриваться как доказательства данные, носящие характер слухов, догадок, хотя бы они были получены от лица, вызванного в качестве свидетеля, эксперта, изложены в документе и т.д. Данные, собранные оперативно-розыскным путем, до их проверки и подтверждения процессуальными действиями имеют лишь ориентирующее значение (указывают на местонахождение доказательств, возможное наличие обстоятельств, существенных для оценки доказательств, и т.д.). Не могут также использоваться в качестве доказательств материалы, не приобщенные к делу.

Обстоятельства, устанавливаемые доказательствами, можно разделить на две группы: к первой относятся обстоятельства, входящие в предмет доказывания; ко второй — не связанные непосредственно с предметом доказывания, но значимые для установления истины (промежуточные факты). Знание обстоятельств, относящихся ко второй группе, установление их связей с обстоятельствами предмета доказывания позволяют составить полную картину правонарушения.

3. С учетом вида и характера фактических данных доказательства принято классифицировать по различным основаниям.

— По источнику происхождения доказательства делятся на личные, вещественные и документы. Личными доказательствами служат объяснение правонарушителя, показания свидетелей и т.д., когда носитель соответствующей информации — физическое лицо. Вещественными доказательствами являются материальные объекты как носители информации, которая относится к обстоятельствам, имеющим значение для дела. Примером здесь могут служить орудие правонарушения или его непосредственный материальный объект (см. комментарий к ст. 26.6 КоАП РФ). Документы — это материалы, которые содержат сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме (см. комментарий к ст. 26.7 КоАП РФ).

— По характеру связи между доказательством и фактом, подлежащим установлению, все доказательства делятся на прямые и косвенные. Прямые доказательства непосредственно, однозначно подтверждают или опровергают любое из обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу (например, акт медицинского освидетельствования водителя на состояние опьянения). Косвенные — обосновывают промежуточные факты, а через связь этих фактов может быть выяснено обстоятельство, имеющее непосредственное отношение к предмету доказывания. Допустим, вскрытый факт постоянных неформальных контактов какого-либо лица с членами избирательной комиссии может послужить косвенным доказательством его вмешательства в работу этой комиссии.

— В зависимости от способа формирования доказательства могут быть первоначальными и производными. К первым относятся доказательства, полученные из первоисточника (например, показания свидетеля, который был очевидцем совершения лицом мелкого хулиганства). Ко вторым — доказательства, которые получены на основе первоначальных сведений через какие-либо промежуточные звенья, посредника (например, свидетель слышал, как его сосед хвастался друзьям, что вызвал полицию по поводу якобы установленного взрывного устройства). К производным доказательствам относятся и копии документов, слепки следов.

Доказательства бывают также обвинительные (изобличающие лицо или устанавливающие обстоятельства, отягчающие его вину) и оправдательные (опровергающие обвинение или смягчающие вину).

4. Для каждого вида доказательств закон устанавливает соответствующие правила собирания и закрепления, учитывающие их особенности. Нарушение этих правил делает невозможным использование полученных фактических данных в качестве доказательств. Положение ч. 2 ст. 50 Конституции РФ о том, что при осуществлении правосудия не допускается использовать доказательства, полученные с нарушением федерального закона, относится не только к уголовному судопроизводству, но и к производству по делам об административных правонарушениях. В связи с этим особое значение имеет норма, закрепленная в ч. 3 комментируемой статьи. Нельзя, в частности, использовать в качестве доказательства информацию, полученную с нарушением соответствующих процессуальных норм Кодекса, с помощью насилия, другого жестокого или унижающего достоинство обращения.

5. Доказательствами по делу являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к ответственности, а также иные обстоятельства, играющие роль для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными предусмотренными Кодексом и составленными по делу протоколами, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу, показаниями потерпевшего и свидетелей, заключениями эксперта, показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами. Это наиболее типичные источники установления фактических данных по делам об административных правонарушениях. Однако их перечень, данный в статье, не является исчерпывающим, поскольку законодатель говорит также об иных документах, на основании которых могут устанавливаться фактические данные по делу.

В одних случаях такие иные документы указываются в статьях КоАП РФ или других законодательных актах. Например, ст. 27.12 КоАП РФ предусмотрено, что документом, подтверждающим факт опьянения лица, является акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения или акт медицинского освидетельствования.

В других случаях иные документы устанавливаются подзаконными, ведомственными нормативными актами. Например, источниками доказательств по делам о правонарушениях, связанных с несоблюдением правил использования атомной энергии и учета ядерных материалов или радиоактивных веществ (ст. 9.6 КоАП РФ), могут быть документы, предусмотренные постановлениями Правительства РФ и ведомственными приказами. Однако в целом ряде случаев вопрос о том, является ли конкретный иной документ источником доказательств по делу об административном правонарушении и можно ли на его основании устанавливать фактические данные, связанные с этим правонарушением, должен решаться судьей, органом, должностным лицом, в производстве которых находится дело.

В каком случае протокол должен быть возвращен должностному лицу, его составившему?

В соответствии с п. 3 ст. 29.1 КоАП РФ при подготовке к рассмотрению дела об административном правонарушении судья, орган, должностное лицо выясняют, правильно ли составлены протокол об административном правонарушении и другие протоколы, предусмотренные КоАП РФ, а также правильно ли оформлены иные материалы дела.

В том случае, если при подготовке дела к рассмотрению установлено, что протокол об административном правонарушении или другие материалы дела составлены неправильно или неправомочными лицами, либо выявлена неполнота представленных материалов, которая не может быть восполнена при рассмотрении дела, судья, орган или должностное лицо, которым поступило такое дело, на основании п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП выносят определение о возвращении протокола об административном правонарушении и других материалов дела в орган, должностному лицу, которые составили протокол.

Как разъяснено в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 N 5, существенным недостатком протокола является отсутствие данных, прямо перечисленных в части 2 статьи 28.2 КоАП РФ, и иных сведений в зависимости от их значимости для данного конкретного дела об административном правонарушении..

Возвращение протокола возможно только на стадии подготовки дела к судебному разбирательству

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. N 5, возвращение протокола возможно только при подготовке дела к судебному рассмотрению и не допускается при рассмотрении дела об административном правонарушении по существу, поскольку часть 2 статьи 29.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не предусматривает возможности вынесения определения о возвращении протокола и иных материалов органу или должностному лицу, составившим протокол, по результатам рассмотрения дела.

Образцы определений о возвращении протокола

  • Определение о возвращении протокола об административном правонарушении (Приложение 21 к Письму ГТК РФ от 18 ноября 2002 г. No. 01-06/45305)
  • Определение о возвращении протокола об административном правонарушении. Образец ФАС (Приложение N 14 к Регламенту подготовки и ведения дел об административных правонарушениях в центральном аппарате ФАС России)

Если при рассмотрении дела по существу, суд установил, что протокол об административном правонарушении составлен неуполномоченным лицом? Протокол – недопустимое доказательство?

В силу части 3 статьи 26.2 КоАП РФ, не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, полученных с нарушением закона..

Составление протокола об административном правонарушении неуполномоченным должностным лицом является нарушением требований статьи 28.3 КоАП РФ, влекущим признание его недопустимым доказательством.

Следовательно, установив, что протокол об административном правонарушении был составлен неуполномоченным должностным лицом, судья должен применить положения пункта 3 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ и прекратить в отношении лица, привлекаемого к ответственности производство по делу об административном правонарушении в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление должностного лица (правовая позиция отражена в постановление Верховного Суда РФ от 17.01.2013 N 34-АД12-4, 34-АД12-5).

Давность привлечения к административной ответственности

Сроки давности привлечения к административной ответственности указаны в статье 4.5 КоАП РФ.

По общему правилу, такой срок составляет 2 месяца со дня совершения административного правонарушения. После истечения данного срока, постановление по делу с назначением наказания вынесено быть не может, а дело подлежит прекращению на основании статьи 24.5 КоАП РФ.

В статье 4.5 КоАП РФ предусмотрены и более длительные сроки для отдельных видов правонарушений. Например, 3 месяца по делам, рассматриваемым судьями, за правонарушения, влекущие дисквалификацию – 1 год со дня совершения и т.д.

Неправильное составление протокола, неполнота содержащихся в нем сведений, составление неправомочным лицом, и т.д., влекут, как указывалось выше, возвращение протокола составившему его должностному лицу. При этом сроки, необходимые для доставки административного материала данному должностному лицу и для устранения недостатков протокола не приостанавливают течение двухмесячного срока привлечения к административной ответственности. Поэтому у лица, привлекаемого к ответственности, в случае принятия решения о возвращении протокола, как правило, есть неплохие шансы на то, что пока дело пересылается «туда-обратно» и устраняются недостатки протокола, срок давности привлечения к административной ответственности будет пропущен и дело будет прекращено.

Александр Отрохов, Правовой центр «Логос», 15.04.2015г.

Признание доказательств недопустимыми в уголовном процессе, на примере одного дела. «Эффект домино».

Эта статья является продолжением публикации — Праворуб: Адвокатская «рыбалка» или как ловить следователя «на живца»
В этой публикации мне хотелось бы поднять важный вопрос для адвокатов, осуществляющих защиту по уголовному делу. Это вопрос о правильном моменте заявления ходатайства защитниками о признании доказательств недопустимыми, и их исключения.
На Праворубе этот вопрос уже обсуждался и в кулуарах.
Коллегами высказывалось несколько мнений относительно этого вопроса. В частности, что это нужно делать:

  • на предварительном слушании;
  • с момента заявления государственным обвинителем ходатайства об исследовании конкретного доказательства и до его фактического исследования судом;
  • после исследования судом доказательства.

Заслуживает внимание и позиция, согласно которой момент заявления ходатайства об исключении доказательства, должен выбираться избирательно (в том числе, учитывать вид судебного производства), исходя из тактических целей, которые защита желает достичь в конкретном случае.
Я являюсь сторонником последнего мнения, и хочу аргументировать его на примере ранее упомянутого уголовного дела.
Напомню, что в первый раз суд вернул дело прокурору по причине неразрешенного отвода следователю, а во второй, в связи с нарушенным правом на защиту обвиняемого, выразившегося в не обеспечении участия на предварительном следствии второго защитника.
Ходатайства о возвращении дела прокурору, в порядке ст. 237 УПК РФ, заявлялись нами в ходе предварительных слушаний. Мы преследовали цель максимального затягивания начала рассмотрения дела по существу в суде.
В качестве альтернативы рассматривался так же вариант подготовки ходатайства об исключении недопустимых доказательств, связанных с указанными нарушениями: постановления о привлечении в качестве обвиняемого, протокола допроса обвиняемого, протокола ознакомления с материалами дела, обвинительного заключения.
В связи с этим, подлежал разрешению вопрос о том, могут ли быть вышеупомянутые процессуальные документы признанны недопустимыми доказательствами?
Как следует из содержания ст. 74 УПК РФ:»доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела».Исходя из смысла этой статьи УПК РФ, указанные процессуальные документы вроде бы и не несут самостоятельного доказательственного значения, а только являются итоговыми актами следствия.
Однако, Верховный Суд РФ толкует понятие «доказательства» в несколько расширенном контексте, ссылаясь на п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ, где в качестве источников доказательств предусмотрены и «иные документы».
Так, например, кассационная коллегия Верховного суда РФ в определении от 27 апреля 2011 г. по делу N 60-О11-СП, указало, что:
Аналогично председательствующий, в нарушение п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ, прервал исследование государственным обвинителем иных документов: постановления о приобщении к делу вещественных доказательств — краболовных судов и запроса о предоставлении информации, находящихся на л.д. 252 в томе N 88, л.д. 192 в томе N 9, указав присяжным заседателям на то, что эти материалы не являются доказательствами (лист протокола 125).
Председательствующий, в нарушение требований ст. 244 УПК РФ, поставил сторону обвинения в неравное положение с защитой, что не способствовало принципу состязательности сторон.Таким образом, по аналогии, можно отнести к «иным документам» и вышеупомянутые процессуальные акты.
Если в отношении обвинительного заключения законодатель, в ст. 237 УПК РФ, и предусмотрел последствия составления его с нарушением УПК РФ, то факт доброкачественности остальных процессуальных документов подлежит доказыванию. Следовательно, сторона защиты может заявлять ходатайство об их исключении.

Вообще, предлагаю подискутировать на эту тему.
Как я указал выше, нами заявлялось ходатайство о возвращении дела прокурору, а не об исключении доказательств. Возможно, если право на участие второго защитника было нарушено в начале расследования уголовного дела, и затрагивались этим нарушением иные, значимые для защиты доказательства, то целесообразно было бы заявить ходатайство об их исключении.
Напомню, что суд приступал два раза к рассмотрению по существу уголовного дела, возбужденного по факту хищения дизельного топлива. Первый раз, в единоличном составе, а второй раз, коллегией из трех судей федерального суда общей юрисдикции (в настоящее время ст. 30 УПК РФ не предусматривает возможности такого рассмотрения по преступлениям, предусмотренным ч.3 ст. 160 УК РФ).

Первое рассмотрение дела в суде по существу, судьей единолично.

Это рассмотрение дела в суде первой инстанции можно охарактеризовать, как наиболее продуктивное, в плане работы защиты, для доказывания невиновности наших подзащитных.
Во-первых, судья, отдавая ему должное, обеспечил комфортное рассмотрения дела всем сторонам, его состязательность;
Во-вторых, государственное обвинение поддерживало не специализированная, надзирающая за следствием прокуратура, а районная прокуратура, которая, в любом случае, не отвечало бы за результат судебного разбирательства;
В-третьих, следствие и прокуратура пустили дело на самотек. Свидетели обвинения – оперативные сотрудники, производившие задержание, были, по сути, не готовы отвечать подробно на вопросы защитников, стали путаться в обстоятельствах, сочинять по ходу допроса свои версии.
В итоге, в протокол судебного заседания попали их противоречивые показания. В дальнейшем, благодаря этому, часть доказательств обвинения признались судом недопустимыми и были исключены.
Ходатайство об исключении доказательств заявлялось на этапе окончания судебного следствия. Этот момент выбирался специально, т.к. нарушения требований УПК РФ подтверждались, в большей части, показаниями понятых и лиц, участвующих при производстве следственных действий. Слишком раннее заявление такого ходатайства не достигло бы своей цели.
Кроме того, в ходатайстве об исключении доказательств давалась краткая оценка этих документов для суда, с заделом на прения сторон.
Кратко проанализирую основные доказательства, которые нами заявлялись недопустимыми и подлежащими исключению:
Прежде всего, протокол осмотра места происшествия.
Протокол осмотра места происшествия, по таким категориям дел, имеет особое доказательственное значение, т.к. является «первой костью в ряде домино».
Вещественные доказательства, изъятые в ходе этого следственного действия, образовывали основную цепь доказательств обвинения по делу.
Так, изъятые образцы дизельного топлива, исследовались заключением эксперта по ГСМ; автомобиль, в кузове которого находились бочки с дизельным топливом, исследовался протоколом осмотра предметов; изъятое дизельное топливо, получило стоимостную оценку, а значит, появился размер ущерба и т.д.
Закономерно, что мы направили все свои усилия на признание протокола, указанного следственного действия, недопустимым доказательством.
Протокол осмотра места происшествия признавался недопустимым по следующим основаниям:

  • нарушение порядка проведения следственного действия, предусмотренного УПК РФ;
  • наличие существенных противоречий в протоколе, по содержанию обнаруженных и изъятых вещественных доказательств;
  • во время осмотра, фактически, производился личный обыск наших подзащитных, т.к. часть изъятых вещественных доказательств находились при них, в их личных вещах;
  • один понятой отлучался во время осмотра на длительное время;
  • во время осмотра, участвовали оперативные сотрудники, которые производили юридически значимые действия (видеосъемку, забор сравнительных образцов и т.д.), но в протоколе они в качестве участников не указывались.

Следуя здравому смыслу, в ходатайстве мы настаивали на исключении не только самого протокола осмотра места происшествия, с фототаблицей, но и вещественных доказательств, которые изымались этим протоколом, а также всех иных доказательств, непосредственно связанных с их исследованием (заключение эксперта по ГСМ, протокол осмотра автомашины и т.д.).
На время прервемся и вернемся к началу судебного разбирательства.
Государственный обвинитель, когда протокол осмотра места происшествия был оглашен в суде и выяснилась его недоброкачественность для доказательства вины наших подзащитных, скорее всего, предвидел ход наших последующих действий.
В связи с этим, решил восстановить обстановку места происшествия путем вызова понятых, принимавших участие в ходе осмотра, и их допроса в судебном заседании.
Понятые, будучи допрошенными уже в качестве свидетелей, стали давать такие показания по обстоятельствам осмотра, что у всех участников, мягко говоря, «волосы встали дыбом».
В частности, они показали, что пломбы с баков тепловоза сорвали сами оперативные сотрудники, при заборе сравнительного материала из указанных емкостей. Естественно, это не было отражено в указанном протоколе осмотра.
К слову, факт отсутствия пломбы на баках тепловоза обвинение преподносило суду в качестве безусловного доказательства, подтверждающего хищение дизельного топлива.
С целью закрепления факта отсутствия пломбы, на предварительном следствии были допрошены несколько свидетелей, являющихся работниками РЖД, в круг обязанностей которых входил прием тепловоза от машинистов.
После же показаний понятых, важное доказательственное значение этого факта утрачивалось.
Естественно, что обвинению такой расклад не понравился.
Как происходит в аналогичных ситуациях, государственный обвинитель, потирая свои руки, «разродился» стандартными вопросами к бывшим понятым: такие же Вы показания давали на предварительном следствии; не имеется ли у Вас существенных противоречий в показаниях; предупреждались ли Вы об уголовной ответственности следователем за дачу заведомо ложных показаний?
Я думаю, что прокурор потом сильно пожалел, что задал эти стандартные, в таких случаях, вопросы.
Понятые, недолго думая, пояснили суду, что вообще на предварительном следствии не допрашивались. Эти показания вызвали у всех недоумение, т.к. в деле имелись протоколы их допросов на предварительном следствии, в которых всё, практически дословно, было переписано с протокола осмотра места происшествия.
Из содержания этих протоколов следовало, что они допрашивались следователем в городе Рузаевка (сами же понятые проживали в другой области, в двух часах езды на электричке). Относительно наличия этих протоколов допросов, понятые пояснили, что вообще никогда в городе Рузаевка не были, тем более по делам, связанными с расследованием этого дела.
Государственный обвинитель попытался хоть как-то выправить ситуацию, предложив им возможную версию, когда следователь приезжал к ним домой с готовым протоколом допроса и они его там подписали.
Единственный момент, который в итоге вспомнили понятые, это то, что расписывались «местным операм» на чистых клочках бумаги.
Мы сделали вывод, что они расписывались на бирках, для скрепления вещественных доказательств.
При предъявлении им протоколов допросов, понятые, показали, что подписи в них, выполнены не ими.
Понятые, даже в условиях прессинга со стороны суда и обвинения, настаивали на своих показаниях, что было, признаюсь, хорошим знаком для нас.
Логично было предположить из всего этого, что следователь в условиях ограниченности сроков следствия, которые мы «съели», благодаря своим жалобам на предварительном следствии, просто поленился ехать в другой регион для допроса понятых. При этом рассчитывал, что с «таким» багажом доказательств, дело в суде «пройдет как по маслу», поэтому решился на эту авантюру.

Материалы оперативно-розыскной деятельности.

В уголовном деле находились следующие материалы:

  1. Заверенная светокопия постановления о рассекречивании материалов ОРД;
  2. Заверенная светокопия постановления о предоставлении материалов ОРД следователю;
  3. Постановления о проведении ОРМ – «Наблюдение»;
  4. Акт выдачи видеокамеры и CD-диска;
  5. Акт изъятия CD-диска;
  6. CD-диск.

Анализ этих документов показал, что нарушение порядка предоставления материалов ОРД в это уголовное дело — это самое незначительное нарушение, по сравнению с тем, что было мною выявлено в ходе судебного разбирательства.
Так, из содержания постановлений о рассекречивании материалов ОРД и предоставлении их следователю (их заверенных светокопий), следовало, что указанные материалы направлялись для приобщения к материалам уже возбужденного уголовного дела (указывался номер дела), когда как датированы они были за три дня до этого, когда уголовного дела, в принципе, еще не могло быть.
В связи с этим, был сделан вывод о том, что указанные материалы оформлялись задним числом, а значит, и законность других материалов ОРД вызывало сомнение.
Учитывая, что указанные постановления были подписаны начальником ЛОВД, и шли с грифом – «секретно», я думаю, простым выговором тут не обошлось.
Кроме того, к делу был приобщен CD- диск, с записью ОРМ – «Наблюдение», диаметром 12 см. Этот же диск вручался и изымался, в присутствии понятых, у оперативного сотрудника, производящего видеосъемку при указанном оперативном мероприятии.
Мой небольшой экскурс в глобальную сеть «интернет», связанный, в большей части, с удовлетворением любопытства, привел меня к неожиданному открытию. Оказывается, что видеокамера, на которую, якобы, производилась видеосъемка ОРМ, не поддерживает формат CD-диска, диаметром 12 см. В техническом паспорте на видеокамеру этой марки, заявлен CD- диск, диаметром 8 см.
Это открытие до поры, до времени, оставалось у нас про запас. Для закрепления наших предположений, связанных с нарушениями при оформлении результатов ОРМ, в ходе допросов оперативных сотрудников, нами тщательно выяснялись все подробности указанного мероприятия.
Все «опера», а их было около 10 человек, в один голос утверждали, что все было именно так, как указанно в материалах ОРД, а CD-диск, приобщенный к материалам дела, является оригиналом записи.
Только ближе к завершению судебного следствия, мы обозначили позицию по этому вопросу. В качестве подтверждения, суду был предоставлен технический паспорт на эту видеокамеру, скачанный из интернета, а также, приглашен для допроса в качестве специалиста один из работников магазина, торгующего видеокамерами. Последний подтвердил, что CD-диск, диаметром 12 см, не помещается в кассетоприемник указанной видеокамеры.
В итоге, как я указывал, нами было заявлено ходатайство о признании доказательств недопустимыми, и их исключении.
Судья частично удовлетворил наше ходатайство, исключив, из числа доказательств, протокол осмотра места происшествия, и еще ряд доказательств, не представляющих особой доказательственной ценности.
Относительно других доказательств, заявленных нами как недопустимых, в том числе материалов ОРД, нам было отказано по причине необходимости их дополнительной проверки.
К слову сказать, на момент рассмотрения нашего ходатайства об исключении доказательств, сложилась очень деликатная ситуация. Сотрудники ЛОВД распространили «утку», согласно которой мы (сторона защиты), якобы, передали деньги судье и государственному обвинителю за развал дела.
Это утверждение было явно абсурдным, но, тем не менее, повлияло на решение судьи не заканчивать рассмотрение дела по существу и уходить в совещательную комнату для постановления приговора.
В этот же день, после рассмотрения ходатайства об исключении доказательств, как я ранее указывал, государственный обвинитель продублировал ходатайство, заявленное нами на предварительном слушании, о возвращении дела прокурору, в связи с нарушением права на защиту, выразившегося в не обеспечении участия на предварительном следствии второго защитника.
Суд удовлетворил ходатайство государственного обвинителя.
В дальнейшем, мы попытались обжаловать постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору, т.к. это решение на данном этапе уже нас не устраивало, но безрезультатно.
Таким образом, мы добились, на мой взгляд, значимых результатов: протокол осмотра места происшествия признан недопустимым доказательством; на руках у нас остался протокол судебных заседаний, в котором были отражены противоречивые показания основных свидетелей обвинения – оперативных сотрудников, принимавших участие в задержании наших подзащитных.
Следствие, после возвращения дела прокурору, не успокоилось на этом, на что мы, да и суд, в тайне надеялись, и попыталось во второй раз протолкнуть это дело в суд.
В ходе второго рассмотрения дела, обвинение предприняло усилия устранить все указанные мною нарушения, так сказать, вдохнуть новую жизнь в недопустимые доказательства.

Рассказ о том, какие конкретные способы применяло при этом обвинение, и как мы защищались от этого, будет в следующей публикации — .

Статья 28.9. Прекращение производства по делу об административном правонарушении до передачи дела на рассмотрение

СТ 28.9 КоАП РФ

1. При наличии хотя бы одного из обстоятельств, перечисленных в статье 24.5 настоящего Кодекса, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, выносят постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении с соблюдением требований, предусмотренных статьей 29.10 настоящего Кодекса.

2. Постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении по основанию, предусмотренному частью 2 статьи 24.5 настоящего Кодекса, со всеми материалами дела в течение суток с момента вынесения постановления направляется в воинскую часть, орган или учреждение по месту военной службы (службы) или месту прохождения военных сборов лица, совершившего административное правонарушение, для привлечения указанного лица к дисциплинарной ответственности.

Комментарий к Ст. 28.9 Кодекса об Административных Правонарушениях РФ

Содержащийся в статье 24.5 КоАП РФ перечень обстоятельств, исключающих возможность производства по делу об административном правонарушении, на стадии возбуждения, в том числе при проведении административного расследования, обязывает орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, при наличии хотя бы одного из этих обстоятельств вынести с соблюдением требований, предусмотренных ст. 29.10 КоАП РФ, постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении. Таким образом, в постановлении, вынесенном в порядке, предусмотренном ч. 1 комментируемой статьи, должны быть указаны: сведения об органе, должностном лице, вынесшем постановление; дата и место рассмотрения дела; сведения о лице, в отношении которого рассмотрено дело; обстоятельства, установленные при рассмотрении дела; мотивированное решение по делу с указанием соответствующей статьи, предусматривающей возможность прекращения производства по делу; срок и порядок обжалования постановления; решение вопросов об изъятых вещах и документах, а также о вещах, на которые наложен арест.

При принятии решения о прекращении производства по делу не имеет значения, подведомственно ли рассмотрение дела органу, должностному лицу, поскольку требования комментируемой статьи о прекращении производства по делу распространяются на стадию возбуждения дела об административном правонарушении. Следовательно, наличие одного из обстоятельств, перечисленных в ст. 24.5 КоАП РФ, которое наступило до направления дела на рассмотрение, влечет за собой обязанность должностного лица, в производстве которого находится дело, вынести постановление о прекращении производства по делу, а не направлять его на рассмотрение судье, в орган должностному лицу.

При вынесении постановления о прекращении производства по делу в отношении военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, и имеющих специальные звания сотрудников органов внутренних дел, органов и учреждений уголовно-исполнительной системы, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ и таможенных органов в соответствии с ч. 2 ст. 24.5 КоАП РФ, это постановление вместе со всеми материалами дела в течение суток с момента его вынесения направляется в воинскую часть, орган или учреждение по месту военной службы (службы) или месту прохождения военных сборов лица, совершившего правонарушение, для привлечения данного лица к дисциплинарной ответственности.